История - главная    Философия    Психология    Авторам и читателям    Контакты   

История

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  

Стогов Илья

Рич & Бьюти. История мира в 9 найт-клабах


 

Тут выложена бесплатная электронная книга Рич & Бьюти. История мира в 9 найт-клабах автора, которого зовут Стогов Илья. В электронной библиотеке lib-history.info можно скачать бесплатно книгу Рич & Бьюти. История мира в 9 найт-клабах в форматах RTF, TXT и FB2 или же прочитать онлайн книгу Стогов Илья - Рич & Бьюти. История мира в 9 найт-клабах.

Размер архива с книгой Рич & Бьюти. История мира в 9 найт-клабах = 97.48 KB

Рич & Бьюти. История мира в 9 найт-клабах - Стогов Илья => скачать бесплатно электронную книгу по истории


Илья Стогоff
Рич & Бьюти. История мира в 9 найт-клабах

Вступление
Транс-клуб «Тоннель»
/Cанкт-Петербург/

Более дурацкого занятия, чем болтаться по клубам, человечество не изобрело за все шесть с половиной тысяч лет, проведенных вне Эдемского сада. Впрочем, это я сейчас такой умный. А было время…
1.
Свой самый-самый первый поход в клуб я помню очень хорошо. Дело было в первой половине 1990-х. Я, конечно, понимал, что мою, а равно и всех остальных гостей безопасность гарантировать никто не собирается. И все-таки открывшаяся картина меня поразила. Навстречу мне по лесенке спускался громадный, под два метра молодой человек. Косая сажень в плечах, куча бицепсов-трицепсов. Он шел не торопясь и с удовольствием покуривал сигарету. За собой, держа за волосы, молодой человек волок попискивающую жертву, щуплого юношу. Отволочив его на некоторое расстояние, молодой человек выкинул сигарету и стал не торопясь жертву бить. Прежде я ходил совсем в другие заведения. Много времени проводил в сквотах и художественных галереях. Там пятнадцать лет назад не только танцевали, но и устраивали поэтические чтения. Помню конкурс эротической поэзии в заведении, которое называлось «Ева». Стихи там звучали, например, такие: «Захотела на обед моя милая минет. Что ж ей, моей суженой, предложить поужинать?», а художники параллельно развлекали публику хепенингами, типа «Карточной игры», во время которой Дама крыла Валета, а Король – Даму.
Так что открывшаяся картина (громадный красавец, у всех на глазах лупящий кулаками по лицу незнакомого юношу) меня, признаюсь, шокировала. Тут что, подумал я, всегда так себя ведут? Впрочем, скомканное начало не помешало мне провести в этом (и многих других, похожих на это) заведении следующее десятилетие своей жизни.
За это время от меня два раза уходила жена. В клубах я оставил столько денег, что хватило бы на покупку нескольких автомобилей. О мешках под глазами и потрепанной печени даже и не говорю. Каждое утро я был похмелен и разбит. Вылезти из постели и пойти на работу было все равно, что попытаться вырезать самому себе аппендицит. Единственная мысль, стучавшая внутри головы, сводилась к тому, что зачем, черт возьми, я вчера опять туда поперся? Единственное, что я приобрел взамен – возможность вам обо всем этом рассказать. Вы считаете, это равноценная замена?
2.
История русских найт-клабов ведет отсчет с осени 1990-го. Приблизительно этак с октября. Все началось с того, что компания молодых людей искала себе подходящую квартиру. В те годы официально снять жилье было нереально и приятели просто поселились в сквоте: самовольно захваченном расселенном здании. Сквот располагался в Петербурге, на набережной Фонтанки, дом 145. Приятелей было трое: два брата Алексей и Андрей Хаасы, плюс Михаил Воронцов.
Отыскав подходящий пустующий дом, первым делом приятели выгнали оттуда бомжей и завели кошку, чтобы она ловила крыс. Потом произвели некоторый ремонт. В этой квартире приятели собирались жить, принимать гостей, курить папиросы и уединяться с девушками.
Времена стояли еще советские. На весь СССР не существовало еще ни единого клуба. Да и просто посидеть молодым людям было негде. А здесь – огромная свободная квартира. Площадь большой комнаты в их квартире составляла чуть ли не сто квадратных метров. Очень скоро к Хаасам начали приходить толпы большей частью незнакомых людей. Кто-то приносил алкоголь. Кто-то приводил девушек. А через два месяца после заселения знакомый иностранец предложил поставить к ним в квартиру вертушки. Самые первые вертушки в СССР.
«Вертушки» – это основной инструмент диск-жокея. Такая же незаменимая штука, как электрогитара для рок-группы. Аппарат представляет собой два проигрывателя, соединенные в один и снабженные регулятором скорости. Благодаря «вертушке» одним движением руки можно чередовать мелодии и накладывать их друг на друга. Устройство настолько просто в обращении, что некоторые умельцы «сводят» мелодии даже ногами.
Для каждого вечера Хаасы и Воронцов придумывали особую примочку. То в качестве группы поддержки для диджея приглашались настоящие балерины в пачках и пуантах. То одновременно надувалось несколько тысяч воздушных шаров, в которые можно было с разбега прыгать и зарываться. Стоимость развлечения – $5. Алкогольные напитки и наркотики просьба приносить с собой.
Завсегдатаи первых рейв-party просыпались с закатом и ночь напролет болтали о модных галлюциногенных грибах и только появившемся в России кокаине. В дэнс-зале 24 часа в сутки играла музыка. Посетители не прекращали танцевать даже в туалете. Разнообразие в жизнь меломанов вносили рейды ОМОН, во время которых бойцы ногами разбивали аппаратуру, которую каждый раз приходилось добывать заново.
Для отечественных меломанов и модников все это стало началом новой эпохи. Скоро ходить на Фонтанку стало не просто модно, а очень модно. Это еще не было клубом. Это была тусовка художников и золотой молодежи. Рядом с тинейджером в оранжевой куртке здесь можно было встретить Георгия Гурьянова (басиста группы «Кино»), одетого в блестящие галифе и красные боксерские перчатки. Но начало было положено.
В Москве о подобном виде досуга никто в те годы даже не слышал. Вернее, нет: наиболее продвинутые москвичи о петербургских вечеринках как раз слышали. В моду среди них быстро входит особый вид отдыха: на выходные парни из Москвы приезжают потанцевать на Фонтанку, а потом (до самых следующих выходных) рассказывают всем знакомым, как классно провели время. Те, кто вырваться в Петербург не мог, счастливчикам дико завидовали.
Частым гостем на Фонтанке был москвич Иван Салмаксов. Папа Ивана позже станет главным прокурором Петербурга, да и сам он ездить в Северную столицу очень любил. Через несколько лет Салмаксов без вести пропадет: просто выйдет из дому и дальнейшая его судьба до сих пор никому не известна. А тогда Иван пытался делать какой-нибудь бизнес, но какой именно, определиться долго не мог. Именно он первым сообразил провести в Москве большое официально оформленное мероприятие. Не подпольные танцульки для пары приятелей, а масштабный рейв. С рекламой, баром, хорошим звуком и может быть даже какой-нибудь иностранной звездой.
Энергичный москвич договорился с администрацией ВДНХ, что на одну ночь ему будет сдан в аренду гигантский павильон «Космос». Всем остальным должны были заниматься парни из Петербурга: братья Хаасы и Михаил Воронцов, ставший к тому времени первым русским диджеем Михой Вороном. Младший из Хаасов служил в армии на космодроме Байконур. Именно он и предложил для мероприятия космическое название «Гагарин-party».
3.
«Гагарин» вывел рейв-движение на совершенно новый уровень. Скоро новой музыке становится тесно в подвалах. Несколько лет после этой легендарной вечеринки масштабные танцы проводятся каждую неделю и в самых неприспособленных для этого местах.
В Петербурге во дворе Артиллеристского музея прошла «Military-party», во время которой на техно-музыку накладывалось пение настоящего военного хора в аксельбантах. В одном из бассейнов – «Акваделик-party». Здесь танцевали и знакомились с девушками прямо в воде, подсвеченной лазерными лучами. На «Мобиле-party» танцоры хоть всю ночь катались на крошечных карах. На вечеринке во дворе Михайловского замка в Петербурге диджеи и охрана были одеты в камзолы эпохи Павла I.
Ну и так далее.
Из андеграундного увлечения рейв быстро превратился в очень доходный бизнес. На техно-музыке теперь делались приличные деньги. Впрочем, как бы ни была доходна разовая party, устраивать ее часто – удовольствие дорогое. В тот момент, когда организаторы вечеринок обосновались на раз и навсегда выбранных местах, в России появились первые легальные клубы.
Первые два найт-клаба открылись в Петербурге ровно друг напротив друга. В ядерном бомбоубежище на Зверинской улице распахнул двери «Туннель». В ста метрах от него, в большом звездном зале Планетария, на том месте, где незадолго до этого прошла вечеринка «СтарДаст», открылся первый в стране коммерческий клуб «Планетарий».
Очень долго эти два заведения были единственными клубами не только Петербурга, но и страны. Однако попытки клонировать успех стали предприниматься почти сразу. К середине 1990-х клубов стало столько, что относительно некоторых из них я начинал сомневаться: то ли я там уже был, то ли лишь собирался, но так и не доехал.
Случалось мне бывать в клубе, интерьер которого тютелька в тютельку, до мельчайших подробностей воспроизводил дом, в котором родился Элвис Пресли. При клубе «Тайфун» помимо танцпола одно время функционировал громадный зал для игры в пейнтбол. Еще в одном заведении как-то я нарвался на фотовыставку человека, полжизни проработавшего судебно-медицинским экспертом. На стенах висели фотографии ТАКОГО, что алкоголь выветрился из моего организма моментально.
В клубах «Конюшенный двор» и «Доменикос» ведущим дискотек в те годы был молодой актер Дмитрий Нагиев. Еще один юный шоумен Роман Трахтенберг начинал с того, что рассказывал похабные анекдоты в «Арт-клинике». Основными посетителями всех этих заведений были, разумеется, бандиты. О том, как должны выглядеть клубы, у этих ребят были собственные представления. Скажем, на жуткой дискотеке «Continental» в меню присутствовал напиток, обозначаемый как «Пивоплюс». Суть там была в том, что пиво в стакан вам нальют самое обычное. Не обычно было лишь то, что внутри бокала плавали крошечные живые рыбки. Выпивать пиво нужно залпом, и рыбки еще долго будут плавать прямо у вас в желудке.
Одновременно с петербургской клубной революцией первые клубы стали открываться и в Москве. Идей здесь было поменьше, зато денег – побольше. В Петербурге техно-музыка воспринималась как часть авангардной культуры. Москвичи считали, что речь идет всего-навсего о дискотеках, а значит, эта штука должна приносить деньги. Уже к 1995 году в столице функционировало больше ста пятидесяти заведений, именуемых «клубами». Под эту категорию стали попадать любые заведения, предлагающие посетителям ночной досуг: от ресторанов до средней руки дискотек.
Именно москвичи первыми придумали развлекать гостей аттракционом, под названием «crazy-меню». Лет пятнадцать назад, помню, идея казалась очень свежей. Суть в том, что за отдельную плату каждый желающий мог устроить заранее оплаченный скандал. Как правило, в момент начала аттракциона вокруг смельчака собирались все посетители клуба. Тот платил в кассу и, например, стулом разбивал самую большую витрину. Или въезжал администратору тортом в физиономию. А мог, скажем, взять и по-настоящему уволить официанта. Он собственноручно вписывал бедолаге в трудовую книжку «Уволен к едренефене. Дата. Подпись». Все. С утра официанту нужно было искать новое место работы.
4.
Впрочем, подобные изыски – редкость. По большому счету, человек, попавший внутрь клуба, предоставлен сам себе и не знает, чем заняться. Основной вопрос, который мучил меня, это: «А на хрена я сюда приперся?»
Кто-то напивается, кто-то пристает к девушкам с дурацкими разговорами, кто-то занимается армрестлингом с малознакомыми персонажами. Кто-то смотрит стриптиз: помню, в клубе Candyman его танцевала француженка Лола Ферраре. Каждая половинка ее занесенного в «Книгу рекордов Гиннесса» бюста весила семь с половиной килограммов. Я иногда залезал на сцену, чтобы станцевать с выступающей артисткой. Почти всегда подобные развлечения заканчивались тем, что меня, взяв за шиворот, выкидывали из клуба.
В этих заведениях я пил, танцевал, дрался, получал по носу и давал сдачи, знакомился с девушками и иногда не только знакомился, но и расставался. Я уединялся с избранницами сердца или, наоборот, в умат пьяный у всех на виду влезал на стол, чтобы (пока не выгнала охрана) порадовать окружающих зажигательным танцем.
Так прошла моя молодость, от которой осталось лишь несколько отрывочных воспоминаний. Наверное, сегодня я являюсь главным экспертом в стране по вопросам бессмысленной траты денег и времени. На ближайших страницах я поделюсь накопленным опытом с вами.
Я расскажу вам о том, откуда вообще взялось это чудо-чудное – найт-клаб. Напомню основные вехи его истории. Перечислю, какие бывают клубы, пабы, дансинги и дискотеки. Я дам вам множество советов, причем один – прямо сейчас.
Совет сводится к следующему. Когда вы ощутите потребность окунуться в пучины ночной жизни, когда неоновые вывески покажутся вам привлекательнее женского поцелуя – просто возьмите и еще раз прочтите книгу, которую держите в руках. А из дому – не выходите.
Поверьте – оно того не стоит!

Глава I
Cotton Club
/Нью-Йорк/

Негромкий джаз, красотка-певица в пятне софита. Гангстеры в широкополых шляпах пьют контрабандный алкоголь. Каких-то восемьдесят лет назад типичный ночной клуб выглядел именно так. И понадобились очень серьезные усилия, чтобы представления о ночном досуге претерпели бы хоть какие-то изменения.
1.
А началось все с того, что в 1923-м боксер-профессионал Джек Джонсон угодил в тюрьму. Вернее, не так. Джек был не просто боксером, – он был живой легендой. Сто шесть боев, сто пять побед. Первый чернокожий боец, вышедший против белого чемпиона и отделавший его так, что того пришлось с ринга уносить. Первый спортсмен, заработавший на участии в рекламе больше, чем на самих спортивных победах. Любимец светской хроники, сумевший конвертировать популярность в бабки и заработавший себе на ох какую безбедную старость. О Джонсоне при жизни снимали фильмы, а его чемпионскую перчатку, с намертво впечатанными в нее зубами Стенли Кетчела, которого Джек чуть не убил на ринге, какой-то из музеев купил за шестьдесят пять тысяч долларов. Популярность его была так велика, что сверхтяжелую американскую артиллерию Первой мировой солдаты на сленге так и называли: «Джонсон». Имелось в виду: тоже большая, тоже черная и точно отправит оппонента в нокаут.
И при всем при этом, странно, что в тюрьме Джек не оказался раньше. Джонсон нарушил все табу тогдашнего американского общества. Он был черный, но при этом не забитый и робкий, а наглый и успешный. Когда офицер полиции как-то остановил его за превышение скорости и выписал штраф на пятьдесят долларов, Джек протянул ему сто и сказал:
– Сдачи не надо. Скоро этой же дорогой и с той же скоростью я поеду обратно.
Но главным было даже не это, а то, что боксер открыто сожительствовал с белыми женщинами. Для Америки начала ХХ века это было чем-то невиданным. Женат Джонсон был три раза, причем одну из жен отбил у вполне уважаемого белого джентльмена. Во время гастролей по американским городам перед дверью его гостиничного номера выстраивались очереди из красоток. А если чемпион отказывался впустить их внутрь, женщины пробовали вскрыть себе вены прямо в холле отеля.
Подобного поведения тогдашняя Америка простить ему не могла. Двое сенаторов от южных штатов в открытую призывали линчевать зарвавшегося ниггера. Когда репортеры попросили его прокомментировать это заявление, Джонсон сказал, что насколько ему известно, у обоих сенаторов есть молодые дочки, так вот давненько у него что-то не было новеньких цыпочек. Эрекция аж брюки рвет. Тучи над его головой сгущались все сильнее.
Большую часть заработанных на ринге денег Джонсон вложил в моднющий найт-клаб «Де Люкс». Уйдя на пенсию, он собирался сидеть в дверях собственного заведения и радоваться капающим в кассу копеечкам. Клуб располагался в самом сердце Гарлема, и задумывался чемпионом, как первое в Америке роскошное заведение для негров. Джонсон предполагал проводить там танцы под только что появившуюся модную негритянскую музыку «джаз». Он успел купить помещение, провести внутри ремонт и даже повесить вывеску. Но после этого все-таки был арестован и оказался на нарах.
Обвинение было странным даже для того времени. Женатого Джонсона взяли в машине с белой проституткой и предъявили статью о нарушении супружеской верности. Причем дело явно шло к тому, что впаяют ему лет восемь и уже в тюрьме припомнят все слова о сенаторских дочках. Джонсон понял, что земля начинает гореть у него под ногами.
Жена чемпиона уверяла, что они давно не живут вместе, так что ее супругом Джек считаться и не может. Проститутка дала показание, что пошла с Джеком не за деньги, а по любви и судить за это нельзя. Тем не менее Джонсон с огромным трудом вышел из тюрьмы под залог и в тот же вечер через Мексику бежал в Европу. Клуб «Де Люкс» он по дешевке продал давнему знакомому, гангстеру Оуни Мэддону и в нашей дальнейшей истории больше не появится.
А вот об Оуни сказать пару слов стоит. Тот был фигурой не менее колоритной, чем Джек. Здоровенный рыжий ирландский боров, Оуни вырос в районе с говорящим названием «Адова кухня». Драки квартал на квартал, с детства заточка в кармане. Первый раз он убил человека в четырнадцать лет, а уже к семнадцати стал у себя на районе самым страшным авторитетом.
Крышевание местных магазинов приносило ему до двухсот баксов в день. Для того времени – бешеные бабки. Дважды на Мэддона совершались покушения, один раз врачи с трудом вытащили его с того света. В общем, что тут рассказывать долго? Любой, кто смотрел отечественные сериалы «Бригада» и «Парни из стали», и сам все поймет.
К началу 1920-х Мэддон контролировал почти весь профессиональный бокс Нью-Йорка и ближайших штатов. Правда, бизнес ему приходилось вести из камеры в тюрьме Синг-Синг, в которой Оуни отбывал двадцатилетнее заключение. Впрочем, камера была комфортной: мягкий диван, телефонная связь с волей, личный парикмахер и раз в неделю свежая девушка.
Выкупив у боксера Джека Джонсона его недостроенный клуб, Мэддон первым делом сменил заведению название. Теперь клуб назывался «Cotton Club» и ориентировался исключительно на белых клиентов. Оформлен он был так, чтобы посетитель представлял, будто попал на хлопковые плантации американского Юга. Гардероб прятался за тропической растительностью. У стойки бара хихикали красотки-мулаточки (рост не меньше метра семидесяти шести, светлый оттенок кожи обязателен). На сцене раздували щеки негры-трубачи.
Проход в клуб перегораживала красная веревка. Заходить за нее никому не разрешалось. Перед входом в каждый приличный клуб обязательно должна стоять толпа лузеров – тех, кого не пускают внутрь. Построившиеся в очередь обычные люди с несчастным выражением лиц. На их фоне VIP-гости, проходящие внутрь без проблем, чувствуют себя высшей расой.
В середине 1920-х ездить в Гарлем послушать джаз среди состоятельных нью-йоркеров считалось вполне себе престижным досугом. Новая незнакомая музыка только-только добралась до столиц и вызывала нешуточный энтузиазм. В Нью-Йорке на углу 7-й авеню и 132-й стрит находился клуб Connie's Inn, сразу за ним шел Lafayett Theatre, в котором публика была такого плана, что музыканты использовали в качестве медиаторов для гитары остро наточенные ножи, еще севернее – Hoofer's Club, потом Rhythm Club, находившийся на втором этаже ресторана «Тэбб», а потом сразу два клуба:

Рич & Бьюти. История мира в 9 найт-клабах - Стогов Илья => читать онлайн книгу по истории дальше


Полагаем, что историческая книга Рич & Бьюти. История мира в 9 найт-клабах автора Стогов Илья придется вам по вкусу!
Если так окажется, то можете рекомендовать книгу Рич & Бьюти. История мира в 9 найт-клабах своим друзьям, установив ссылку на данную страницу с произведением Стогов Илья - Рич & Бьюти. История мира в 9 найт-клабах.
Ключевые слова страницы: Рич & Бьюти. История мира в 9 найт-клабах; Стогов Илья, скачать, читать, книга, история, электронная, онлайн и бесплатно